Поделись с друзьями

Наши контакты

Елена

+375 29 567 66 65 (MTC)

+375 25 653 81 63 (life:)

Skype: Nesterka6

E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

Ольга

+375 29 555 13 13 (MTC)

+375 29 950 94 79 (Velcom)

Skype: vezha.

E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

 

Категория: Статьи

Расследование одного убийства, или К психам на Ягуаре - Глава 5

Печать

Глава 5

Лера и Вероника шли в заведение для болезных мимо высокого забора и наблюдали, как на территории диспансера между елей прыгает белка, как прогуливаются люди в спортивных костюмах, и медсестра на коляске вывозит гулять немолодую, но еще довольно симпатичную женщину. Вот они двинулись по дорожке вглубь лесного массива, а Лера с Вероникой стали искать, где бы войти. Калитка была закрыта, и они нажали кнопку звонка, при этом никакого звука не последовало – может, где-то внутри и звенело, но снаружи была полная тишина.

Вышла женщина в халате, представилась Таисией и сказала, что да, она знает Лерину «тетушку», к которой они приехали. Подруги сняли курточки, накинули халаты поверх свитеров и, постоянно оглядываясь, медленно пошли за ней.

–  Лерка, ну что, может, останемся? – подмигнула Вероника. – Кормят, работать не надо.

–  А что, мне очень даже нравится! Тишина, лес, белочки, –  вздохнула Лера. – Но! Только после победы.

Как долго они звонили в этот психдиспансер, как объясняли, для чего им нужна больная по имени Анна Серова, сколько сказок пришлось рассказать по телефону регистраторше, прежде чем им разрешили приехать! Об этом знает один Бог (он ведь один?).

Всю дорогу они старались не забыть, какая неприятность их сюда привела – потеря тети, не шутка ли!

–  Таисия, скажите, а как тетя себя чувствует? Она вспоминает о ком-нибудь из родных?

–  Да в последнее время совсем редко. Про мужа Василия может вспомнить, и еще про какого-то Петеньку.

У Леры похолодело внутри: Петром звали ее отца, погибшего в тридцати метрах от берега, причем, неизвестно по какой причине отправившегося ко дну! Прекрасного, доброго, шутливого человека, ее отца – звали Петром. Он был сильным и ловким, высоким, плечистым и крепким, а каждый его кулак был размером с добрый патиссон, растущий у матери на огороде. И, тем не менее, он утонул.

Подруги молча шли по дорожке, и каждая знала, о чем думает другая. Они думали об одном и том же – о воспоминаниях Анны Серовой.

Медсестра Таисия привела их к той самой симпатичной женщине, которая сидела в инвалидной коляске, а рядом стояла молоденькая девушка в белом халате – как пить дать студентка на практике. Или как там называют – молодой интерн.

Встреча «родственников» была на редкость трогательной. Безутешная «племянница» тихонько подошла к колесам, похожим на велосипедные, присела на корточки перед коляской и сказала:

–  Тетя Аня, это я, твоя Лера.

В это время смышленая Вероника всеми силами старалась отвлечь медперсонал.

–  Таисия, пожалуйста, оставьте их наедине, может, тетя что-нибудь и вспомнит. Я очень вас прошу!

–  Ну, хорошо, только недолго, Анне скоро обедать.

–  Огромное вам спасибо! – и Верка сунула медсестре огромную шоколадку, которая еле влезла в ее карман, но та живо сделала все возможное, чтобы не выдать присутствие в кармане «мзды» и, повернувшись, пошла по живописной дорожке.

Разговор проходил примерно в таком русле.

–  Аня, пожалуйста, припомните, где ваш муж Василий?

–  Мой муж? Ах, мой муж!.. – вздохнула Шмелева-Серова. – Его нет давно, он поплыл по морю в дальние края.

–  Про какого Петра вы вспоминаете?

–  Петенька был другом Васеньки. Вы знаете, они очень дружили, пока не поссорились.

–  Как они поссорились? Из-за чего? Вспомните, пожалуйста.

И вот тут в мутном взгляде произошло некое просветление, Анна посмотрела на Леру вполне осознанно и трезво.

–  Васенька связался с человеком из дирекции санатория, он не смог защититься и защитить Петеньку. А ты… ты часом не дочь Петеньки? Ты похожа на него!

Леру как холодной водой окатили, так замерло у нее все внутри, ни пошевелиться, ни сказать. Мать бы сказала «мову отняло». Но все-таки она пересилила себя, набрала побольше воздуху в легкие и смогла выговорить:

–  Я… ннет, что вы!

–  Жаль его и детей его жаль, а вот Васенька был очень виноват перед Петенькой, очень! Но он не мог ничего поделать, его заставили, понимаешь?

–  В чем виноват?

–  Его заставили подписать, заставили!

–  Что подписать? Где ваш муж Васенька?

–  Он поплыл в кораблике, поплыыыыл… –  и взгляд ее снова помутнел.

Больше ничего от нее они не узнали. А Шмелева-Серова стала бормотать уже бессвязные фразы, перемешанные то с «Васенькой», то с «Петенькой».

«Племянница» и ее подруга все же решили еще раз поговорить с медперсоналом. Конечно, Таисия догадывалась, что эти родные – совсем не родные тетушке Ане, но вид их был такой многообещающий, а взгляды такими льстивыми, что она просто ждала, понимая, что в этом случае торопить события ну никак нельзя. И была права.

Подошедшие «родственники» отвели ее в сторонку и стали благодарить за заботу.

–  Таисия, скажите, пожалуйста, к тете кто-нибудь приходит?

–  Нет, никто. Поначалу наведывался мужчина, говорил, что племянник, а потом и он перестал ходить. Это было года три назад.

Лера и Вероника притихли, понимая, что для них уже давно пахнет жареным в этом приюте умалишенных, сюжет неожиданно стал напоминать сцену с детьми лейтенанта Шмидта из «Золотого теленка». Племянников и племянниц становилось все больше, и что-то подсказывало, что их количество может еще увеличиться, ведь кто-то спрашивал новую хозяйку квартиры Татьяну Ивановну о жене Шмелева!

Тут с близкой ели спрыгнула белка и юрко пробежала мимо, вовремя переведя внимание на себя. Вызываем огонь на себя…

На лесной дорожке было так мирно, тихо и спокойно, что вся эта дикая история показалась нереальной, как из другой жизни. Под ветром качались высоченные ели и сосны, будто срисованные с картин Шишкина, только медведей не хватало. Солнце пробивалось через ароматную хвою и слепило глаза.

–  Таисия, как он выглядел, этот мужчина? Сколько лет ему было? – Лера спросила это и даже закрыла глаза, чтобы в них не отразилось волнение. Но получилось почти естественно – солнце слепит.

–  Мужчина… лет сорока пяти или чуть больше, наверное, симпатичный, в кепке и спортивном костюме. Не помню… –  рассказ дальше никак не получался, и Вероника как бы нечаянно коснулась рукой уже раздутого шоколадкой кармана голубого Таисиного халата. Никто и не заметил бы этого жеста, но у Таисии, видимо, были какие-то незаурядные способности, какие бывают у летучих мышей, которые, как известно, имеют очень чуткие органы осязания. Она даже пригладила карман, как бы припечатывая внутри него десять долларов, отправленные туда Вероникой.

–  А… вспомнила! Племянник спрашивал, чем мы лечим Анну Ивановну.

–  И чем же?

–  Так тогда мы ей только легкие седативы давали, совсем легкие, только для поддержки психики, хоть она и, бывало, выходила из себя, плакала навзрыд, повторяла ээээ…. Как это…

–  Вспомните, пожалуйста! Я очень вас прошу!

–  Аааа, да! Она говорила, что у нее в глазах стоит картина, когда Васенька очень переживал за Петеньку и за подписанную бумагу. Документ какой-то. Только толком она так и не смогла ничего сказать, все время путалась в словах.

–  А про то, что он нашел документ, тетя Аня не говорила?

–  Нет.

–  Таисия, раз вы уж так добры к нам, не могли бы вы позвонить по вот этому номеру – Вероника протянула свою визитку, –  если вдруг племянник придет снова?

–  А чего он придет, столько дней уж не был?

–  Ну а вдруг!.. Спасибо вам большое! – к визитке Вероника добавила еще одну маленькую и очень симпатичную бумажку. 

В машине они включили диктофон, благоразумно захваченный из дому, и снова все прослушали. Васенька, Петенька… И так пять раз…

Выходит, Василий Шмелев подписал некий документ, который принес Бортнику неприятности, или даже больше чем неприятности. Он так виноват, так виноват! Не мог же он погубить отца тем, что подписал какую-то бумагу! Или мог? А еще он мог просто подплыть на другой лодке и столкнуть веслом отца в воду. Нет, это не укладывалось в голове. За что? Почему?

Были и еще вопросы: где сам Васенька, почему квартиру продали, почему его жена в психушке, кто приходил и говорил, что он племянник, и вообще – где все остальные родные и близкие? Многовато вопросов. Ответов – ни одного.

–  Слушай, Верка, давай записывать все!

–  Ага, молодец, хорошо придумала! А если эти записи попадутся кому-нибудь на глаза? Все! Капут! Ты же понимаешь, что тут уже все серьезно. Куда мы, туда и он, племянник этот.

–  Ну ладно, давай тогда хотя бы подытожим. Смотри. Васенька подписал документ, повредивший моему отцу и, скорее всего, и приведший к гибели. Что это за такой ужасный документ, из-за которого человека топят в мутной воде? Дальше. Васенька не хотел подписывать его, но его заставили. Как могут заставить человека в наше время?

–  Утюг на пузо положить! – вставила Верка.

–  Ну тебя! – Лера сразу представила мужчину средних лет с утюгом на голом животе, подписывающего некий документ, который злодей держит перед носом у извивающейся от боли жертвы на дерматиновой черной папке, и сунет ручку бедолаге. Фффууу!

–  Ну…. Еще можно пригрозить смертью, например, как бы дико это не звучало. Или смертью близких.

–  Племянника, например!

–  Стой! Племянник, о котором нам рассказали – это совсем даже не племянник, а наоборот – преступник!

–  Надо узнать, есть ли у Васеньки племянник и еще какие-нибудь родственники.

–  Лерка, мы только что были у его родственницы – жены, которую зовут Анна Ивановна. Вот ее жизнью могли пригрозить, это точно. Допустим, хотели убить, а не получилось, и просто свели с ума. Девки молодыые свели меня с ума-а, –  подпела себе неугомонная подруга.

Машина тронулась с места. Анна Ивановна тронулась с ума. Вагончик тронется – перрон останется. Что произошло в голове от посещения этого милого живописного заведения? Наверное, нельзя там здоровому человеку долго находиться, сумасшествие заразно!

По дороге, когда они задумчиво смотрели в окно, Лере позвонила Анечка.

–  Представляешь, что мне написал новый друг! Что он моряк. Вот послушай. Я – а давно ищете, к какому берегу приплыть? Анатолий Плотников: четыре годика. Я – А почему покинули берег свой родной? Он – так выгнали, и я освободил, так сказать, жизненное пространство.

Лера подумала, почему же и для кого освободил жизненное пространство Василий Шмелев?

–  …И в чем была твоя вина, Анатолий? Он – а, заболел, перестал в море ходить, стал не нужен. Я – Да, нехорошо с вами обошлись. Он – Да ну их, забыл уже. Я пишу – А болезнь свою вылечили? А он – Да я тогда упал с палубы в трюм и поотбивал себе все, что можно, теперь все прошло, только ступни страдают… блокаду делаю. Ну ладно, Лерочка, приедешь домой, я в скайп тебе подробно все напишу.

Вот! Почему-то стал не нужен Василий никому, и от него решили избавиться, а заодно и от его жены, которая впала в беспамятство после чего-то, что ее испугало, видимо. И ничего у нее не прошло, а только усугубилось.

Боже мой, как же все это собрать в одну историю? Как сложить пазлы, чтобы получить цельную картину? Прочитать инструкцию?

Домой она попала часов в восемь вечера, открыла ноутбук и все-таки решила хотя бы разбить по пунктам все, до чего додумалась.  Следовало узнать все про семью Шмелева, а для этого позвонить еще раз Володе Володину. При мысли о нем Лера улыбнулась, в душе потеплело – слава Богу, есть мужчина, присутствие которого согревает душу.

Конечно, был еще один мужчина, мысли о котором и грели, и терзали, и приводили в смятение ее душу, но это была уже совсем другая история… 

–  Здравствуй, Лерочка! Я уже хотел звонить тебе! Как ты там? Как твои поиски?

–  Все хорошо, Владимир Иванович, только продвинулась я совсем на чуть-чуть.

–  Шмелева-то нашла?

–  Нет, но нашла его жену, –  Лера решила рассказывать все очень постепенно, все же Володя был другом отца, очень переживал его смерть, очень расстраивался, близких людей нужно беречь!

–  Да? – он помолчал. – Ну… и как поживает Любезная Анна Ивановна?

–  Плохо поживает, в больнице лежит, –  Лера решила не уточнять, в какой больнице и почему лежит Анна Ивановна.

–  Очень это плохо, надо и мне к ней наведаться, все же мы дружили с Василием.

–  Да… только где сам этот Василий, интересно было бы узнать. Володя, а вы не знаете, кто с ним дружил тогда, в тот год? – спросила Лера, снова переходя на «вы».

–  Да ни с кем не дружил, замкнутый был, нелюдимый, а потом и вовсе пропал.

–  Понятно, спасибо, спасибо большое! 

Итак, вокруг смерти Лериного отца оказался плотный клубок из непонятных событий, которые происходили в самых разных, порой очень странных местах. Люди, участвовавшие в этих событиях, делали непонятные дела, пропадали, а затем оказывались живы, но не вполне здоровы?.. Кто-то их перетасовал и расставил на определенные места, как пешки на шахматной доске? И как теперь узнать, кто этот гениальный гроссмейстер и зачем ему была нужна эта партия?

Читать далее на andronum.com

или litres.ru